Ultrasonic examination at the stages of minimally invasive surgical treatment of multiple fibroadenomas of both mammary glands (case report)
- Authors: Marushchak E.A.1
-
Affiliations:
- Petrovsky National Research Centre of Surgery
- Issue: Vol 28, No 7 (2026): Women’s and men’s health
- Pages: 519-524
- Section: Articles
- Published: 16.07.2026
- URL: https://consilium.orscience.ru/2075-1753/article/view/688994
- DOI: https://doi.org/10.26442/20751753.2026.7.203568
- ID: 688994
Cite item
Full Text
Abstract
Fibroadenomas are the most common benign neoplasms of the mammary glands. Minimally invasive treatment is in demand in young women with multiple neoplasms due to the special interest in a good cosmetic effect. For a long time, the most common option for surgical treatment of fibroadenomas was sectoral resection, which was associated with the risk of breast deformation and other complications. The development of vacuum aspiration biopsy (VAB) under the control of ultrasound (US) has recently revolutionized the minimally invasive surgical treatment of benign breast tumors. This clinical case demonstrates the role and place of US in expanding the capabilities of VAB in the simultaneous removal of multiple fibroadenomas from both breasts in a 20-year-old patient. Preoperative marking and real-time ultrasound navigation allowed for the safe and effective removal of multiple fibroadenomas, while dynamic ultrasound scans in the postoperative period allowed for the assessment of the reparative processes in the bed of the removed neoplasms and the confirmation of the absence of residual tissue. In total, the patient had 8 fibroadenomas removed (4 in each breast). At the same time, due to the rational marking, only 2 points of robotic needle insertion were used for each breast, thus it was possible to resect two neoplasms from each point. The low invasiveness of surgical treatment in the postoperative period provided a good cosmetic effect and no complications, and the visual control of the removal of fibroadenomas throughout the operation – no recurrence and/or residual tissue. Important is the favorable prognosis for the patient in the aspect of preserving the function of the mammary gland in the implementation of breastfeeding, since minimally invasive resection of the neoplasms is not associated with gross cicatricial changes in the tissue, which was confirmed by dynamic ultrasound examinations. Despite the significant progress and prevalence of the WAB technique, which is widely used for the removal of single benign breast neoplasms, there is still potential for its improvement and expansion of its capabilities.
Full Text
Введение
Фиброаденомы являются наиболее распространенными в популяции доброкачественными опухолями молочной железы (МЖ), а у подростков их частота достигает 68%. Клиническое проявление фиброаденомы может варьировать от наличия бессимптомного новообразования, ставшего случайной находкой при инструментальном исследовании, до болезненных и/или быстрорастущих опухолей, которые могут вызывать, в том числе, эстетические искажения МЖ или явиться поводом для канцерофобии [1]. Поскольку ультразвуковое исследование (УЗИ) МЖ является одним из распространенных вариантов инструментальной диагностики, особенно у молодых женщин, удаление доброкачественных опухолей с помощью вакуумной аспирационной биопсии (ВАБ) под УЗ-навигацией становится все более популярным [2]. Согласно статистике, предоставленной H. Park и соавт. (2014 г.), из 6264 процедур ВАБ, выполненных с января 2003 по апрель 2011 г., 61,5% проведены пациенткам в возрасте 20–30 лет, что также свидетельствует о высокой востребованности этой процедуры у молодых женщин [3].
Многими авторами накоплен большой опыт выполнения ВАБ-резекций доброкачественных новообразований МЖ, свидетельствующий о том, что данную методику можно использовать в качестве альтернативы хирургическому удалению [4–9]. Кроме того, ВАБ широко применяют при резекции опухолей с неопределенным потенциалом злокачественности [10, 11].
В настоящее время нет утвержденных рекомендаций по максимальному размеру опухоли, которая может быть резецирована с помощью ВАБ. Авторы приводят разные пограничные значения размеров новообразований, исходя из собственной практики. Так, E. Baez и соавт. (2003 г.) сообщили, что ВАБ следует использовать для резекции поражений диаметром менее 2,3 см [12], в то время как R. Fine и соавт. (2003 г.) отмечают, что полная резекция возможна для поражений менее 3 см [13]. H. Park и соавт. (2014 г.) также представили данные о безопасности использования ВАБ для резекции поражений менее 3 см [14]. M. Bellynda и соавт. (2021 г.) приводят клинический пример успешного удаления крупной фиброаденомы длиной 6 см у женщины 24 лет [2]. Наш опыт выполнения ВАБ показывает, что при проведении рациональной разметки и УЗ-навигации, а также в условиях осуществления адекватного интраоперационного гемостаза возможно удаление доброкачественных новообразований МЖ большего размера, в том числе множественных [7, 8, 15].
В отношении МЖ для женщин одним из главных факторов удовлетворенности выполненным вмешательством является косметический эффект. Исследования многих авторов, выполненные с помощью специализированных анкет-опросников, показывают высокую удовлетворенность пациенток малоинвазивными вмешательствами в виде ВАБ-резекции фиброаденом [2, 16–18]. Однако в литературе мало данных об одномоментном удалении множественных новообразований в обеих МЖ либо имеющийся опыт крайне мал, что связано и с необходимостью разработки рациональных схем предоперационной разметки, интраоперационной навигации, а также адекватного метода гемостаза [7, 8, 18, 19].
В статье представлен клинический случай успешного малоинвазивного лечения молодой пациентки с множественными фиброаденомами обеих МЖ путем ВАБ-резекции с использованием разметки и навигации в режиме реального времени под контролем УЗИ.
Описание клинического случая
О пациентке
Молодая женщина Д. 20 лет обратилась в плановом порядке с жалобами на пальпируемые болезненные уплотнения в обеих МЖ. Данные жалобы беспокоят 2 года, в течение которых отмечена динамика их медленного роста. Гинекологический, аллергологический, психосоциальный и наследственный анамнезы не отягощены, сопутствующей патологии нет. Какие-либо лекарственные препараты не принимает. Вредные привычки отрицает. Работа не сопряжена с вредными условиями труда. Место постоянного проживания не связано с неблагоприятными факторами окружающей среды.
Результаты обследования
При УЗИ, выполненном в день обращения за консультацией по направлению врача-онколога, выявлены множественные разные по размерам, но схожие по УЗ-картине объемные образования обеих МЖ: 4 справа и 4 слева. Справа размерами 15×12 и 16×12 мм, расположенные ретроареолярно книзу и интимно друг к другу (общими размерами 26×12×15 мм), а также 14×5×8,8 мм в проекции верхне-наружного квадранта и 9×4 мм в проекции верхне-внутреннего квадранта (рис. 1). Слева размерами 21×16×11 мм, в проекции верхне-наружного квадранта размерами 13,8×7×4,3, 21,8×8×12 и 6×4×5 мм, интимно расположенные рядом в проекции нижне-внутреннего квадранта (рис. 2). Все образования классифицированы BI-RADS III как, предположительно, фиброаденомы, без атипичных признаков. Их эхогенность была понижена, контуры четкие, ровные, ориентация в пространстве горизонтальная, особенностей васкуляризации не выявлено.
Рис. 1. Эхограммы новообразований правой МЖ: a – ретроареолярно расположенное образование; b – образование верхне-наружного квадранта; c – образование нижне-внутреннего квадранта. Желтые калиперы и цифры – границы и размеры новообразований.
Fig. 1. Echograms of right breast tumors: a – retroareolarly located formation; b – formation of the upper-outer quadrant; c – formation of the lower-inner quadrant. Yellow calipers and numbers – boundaries and sizes of the neoplasms.
Рис. 2. Эхограммы новообразований левой МЖ: a – образование верхне-наружного квадранта; b – небольшое образование нижне-внутреннего квадранта; c, d – расположенные рядом образования нижне-внутреннего квадранта. Желтые калиперы и цифры – границы и размеры новообразований.
Fig. 2. Echograms of left breast tumors: a – upper-outer quadrant formation; b – small lower-inner quadrant formation; c, d – adjacent formations in the lower-inner quadrant. Yellow calipers and numbers – boundaries and sizes of the formations.
Лимфатические узлы при УЗИ структурно не изменены. Пациентка предоставила медицинскую документацию о ранее выполненной морфологической верификации двух наиболее крупных узловых образований правой и левой МЖ: определены смешанные (интра- и периканаликулярные) фиброаденомы.
Лечение
Учитывая наличие растущих, болезненных и вызывающих беспокойство молодой пациентки множественных новообразований в обеих МЖ, расположенных в разных квадрантах, а также планируемую беременность, принято решение об их удалении малоинвазивным способом – путем ВАБ-резекции, выполненным в 2 этапа: сначала одномоментно резецировать все новообразования из одной МЖ, спустя 1 мес – из другой МЖ. Такая очередность и сроки выбраны, в том числе, исходя из обозначенного пациенткой личного комфорта.
В день первой операции (на правой МЖ) при УЗИ выполнена разметка маркером точек ввода роботизированной иглы и накожных меток удаляемых объектов по их длиннику (рис. 3, a). Точки ввода иглы выбирали вне зоны расположения крупных сосудов, что определялось в режиме цветового допплеровского картирования и мироваскуляризации, и по возможности с удалением от зоны декольте. В процессе разметки под контролем УЗИ удалось минимизировать количество точек ввода путем планируемого поворота режущей апертуры иглы из одной точки в разных углах и плоскостях, что позволяет убрать из одного доступа несколько образований. При проведении предоперационной разметки под УЗ-навигацией также учитывают идивидуальные особенности анатомии МЖ и положение на операционном столе (маркером наносят метки, исходя из выбранных положений). Важно избегать центральной зоны, особенно области ареолы, для введения иглы: максимально безопасные зоны расположены по периферии МЖ у основания квадрантов.
Рис. 3. Предоперационная разметка: a – правая МЖ; b – левая МЖ. Цифры – порядок удаляемых новообразований. Точки – ввод роботизированной иглы. Черные линии – накожная метка новообразований.
Fig. 3. Preoperative marking: a – right mammary gland; b – left mammary gland. Numbers – order of removed neoplasms. Dots – robotic needle insertion. Black lines – skin mark of neoplasms.
В день второй операции выполнена разметка левой МЖ (см. рис. 3, b). С учетом того, что одновременно 3 новообразования располагались в одном, нижне-внутреннем, квадранте рядом, решено попытаться выполнить их удаление из одной точки, при этом первым подлежало удалению образование наименьшего размера (см. рис. 2, b, рис. 3, b, цифра 1) в связи с риском снижения качества визуализации от введения раствора анестетика и отека ткани в случае, если бы первыми удаляли расположенные рядом более крупные образования под номерами 2, 3 (см. рис. 2, c, d, рис. 3, b, цифры 2, 3).
Операции проводили в условиях дневного стационара под местной анестезией, что сокращает нагрузку на операционный блок и персонал больницы. Оба раза использовали роботизированную иглу калибра 7G. При выполнении операции справа получено 50,23 и 17 срезов соответственно (итого – 90 срезов), слева выполнено 15 туров на образование верхне-наружного квадранта и 50 туров на все новообразования нижне-внутреннего квадранта (итого – 65 срезов). ВАБ-резекцию проводили под контролем УЗИ в режиме реального времени по определенным ранее порядку и схеме с применением лазерной коагуляции ложа каждой фиброаденомы с целью гемостаза.
УЗ-картина хода операции представлена на рис. 4. Наиболее важными методологическими аспектами УЗ-навигации являются контроль четкого позиционирования роботизированной иглы под образованием (см. рис. 4, a), мониторинг хода выполнения срезов (см. рис. 4, b), определение достаточности лазерной коагуляции по наблюдению УЗ-феномена регресса теней вапоризации (см. рис. 4, c), констатация факта полной резекции ткани новообразования, а также отсутствия кровотечения по завершении процедуры (см. рис. 4, d).
Рис. 4. Эхограммы хода операции: a – позиционирование роботизированной иглы под образованием; b – ход резекции – захват фрагмента ткани новообразования в режущую апертуру роботизированной иглы снизу вверх; c – УЗ-феномен вапоризации при выпаривании жидкости на этапе гемостаза путем лазерной коагуляции; d – УЗ-картина железистой ткани в ложе только что удаленного новообразования; 1 – ткань фиброаденомы; 2 – игла; 3 – тени при УЗ-эффекте вапоризации.
Fig. 4. Operation process echograms: a – positioning the robotic needle under the lesion; b – the resection course – capturing a fragment of the tumor tissue into the cutting aperture of the robotic needle from the bottom to the top; c – ultrasonic phenomenon of vaporization during liquid evaporation at the hemostasis stage by laser coagulation; d – ultrasonic picture of glandular tissue in the bed of a newly removed neoplasm; 1 – fibroadenoma tissue; 2 – needle; 3 – shadows during the ultrasonic vaporization effect.
Интраоперационно не отмечено каких-либо нештатных ситуаций или нежелательных явлений/осложнений. Время операции от начала выполнения местной анестезии и до наложения компрессионной повязки составило 35 мин справа и 40 мин слева.
Динамика и исходы
После операции, выполненной в условиях дневного стационара, за пациенткой наблюдали в течение 2–3 ч, а затем ее выписали. В связи с отсутствием значительных ограничений после процедуры, снижающих работоспособность, больничный лист не оформляли.
Внешний вид МЖ сразу же после снятия компрессионных бинтов представлен на рис. 5, на котором можно увидеть хороший косметический эффект после проведенной процедуры: форма МЖ не изменилась, отсутствуют швы на коже. Следует отметить, что молодая пациентка выбрала способ оперативного лечения в виде ВАБ и по эстетическим соображениям, т.к. при традиционной резекции множественных фиброаденом с локализацией в разных квадрантах (в том числе на удалении от ареолы) была бы высокой вероятность неудовлетворительного косметического эффекта.
Рис. 5. Внешний вид и УЗ-картина МЖ на 1-е сутки после операции, сразу же после снятия бинтов: a – внешний вид правой МЖ; b – внешний вид левой МЖ. Цифры – точки ввода роботизированной иглы, обработанные спиртовым раствором бриллиантового зеленого 1%; c – УЗ-картина отека железистой ткани в зоне операции; d – УЗ-картина и размеры (желтые калиперы и цифры) небольшой гематомы в зоне резецированного крупного новообразования.
Fig. 5. Appearance and ultrasound picture of the mammary glands on the 1st day after surgery, immediately after the bandages were removed: a – appearance of the right breast; b – appearance of the left breast. Numbers – points of robotic needle insertion treated with brilliant green solution 1%; c – ultrasonic picture of glandular tissue edema in the surgical area; d – ultrasonic picture and dimensions (yellow calipers and numbers) of a small hematoma in the area of a resected large neoplasm.
При УЗИ на 1-е сутки после операции, которое выполняли с целью исключения геморрагических осложнений, наблюдали картину диффузного отека железистой ткани и небольшую гематому 1,3×1 см в области резекции наиболее крупного образования справа (см. рис. 5, c, d). Слева отграниченных жидкостных структур в области ложа фиброаденом при УЗИ не отмечено, обнаружены только явления отека железистой ткани. Оба раза ранний послеоперационный период протекал гладко, без значительного болевого синдрома или иных жалоб со стороны пациентки. При гистологическом исследовании верифицированы смешанные (интра- и периканаликулярные) фиброаденомы.
Через 1 мес после операции в ложе удаленной фиброаденомы (на примере наиболее крупного образования справа) наблюдали процессы репарации в виде незрелой гипоэхогенной аструктурной рубцовой ткани неправильной формы (рис. 6, a), что является характерной для МЖ эхосемиотикой в ранние сроки после ВАБ-резекции. В эти сроки подобная УЗ-картина может быть ошибочно трактована как наличие остаточной ткани и требует повторного исследования в динамике.
Рис. 6. Эхограммы послеоперационных изменений ткани МЖ в области резекции наиболее крупного образования правой МЖ: a – 1 мес после резекции крупного новообразования правой МЖ; b – 3 мес после резекции крупного новообразования правой МЖ. Желтые калиперы и цифры – размеры гипоэхогенного незрелого «свежего» рубца в зоне операции; c – та же область правой МЖ спустя 6 мес после резекции. Желтые калиперы и цифры – примерные границы области резекции.
Fig. 6. Echograms of postoperative changes in the breast tissue in the area of resection of the largest lesion on the right mammary gland: a – 1 month after resection of a large neoplasm in the right breast; b – 3 months after resection of a large tumor in the right breast. Yellow сalipers and numbers – the size of a hypoechoic immature “fresh” scar in the surgical area; c – same area of the right breast, 6 months after resection. Yellow calipers and numbers indicate the approximate boundaries of the resection area.
Через 3 мес после вмешательства УЗ-картина изменилась: размеры ложа удаленного новообразования уменьшились с 15×12 до 8×3,5 мм, эхогенность ткани приблизилась к окружающей интактной области МЖ (см. рис. 6, b).
На 6-й месяц после операции УЗ-картина МЖ в зоне ВАБ-резекции практически не отличалась от интактных смежных фрагментов. Наблюдалось незначительное повышение эхогенности ткани без четких контуров (см. рис. 6, c). УЗ-признаков наличия остаточной ткани удаленных новообразований не выявлено.
Прогноз для пациентки в аспекте сохранения функции МЖ при осуществлении грудного вскармливания благоприятный, поскольку малоинвазивная резекция новообразований не связана с грубыми рубцовыми изменениями ткани, что нашло подтверждение при выполнении динамических УЗИ. Особенно важен для молодой пациентки благоприятный прогноз сохранения социальной адаптации, обеспечиваемый отсутствием деформации МЖ после операции (рис. 7). При динамических УЗИ, выполненных в течение 6 мес, не отмечено признаков наличия остаточной ткани фиброаденом.
Рис. 7. Внешний вид МЖ в сроки 8 и 9 мес после операции: a – внешний вид правой МЖ; b – внешний вид левой МЖ. Цифры – точки ввода роботизированной иглы.
Fig. 7. Appearance of the mammary glands 8 and 9 months after surgery: a – appearance of the right breast; b – appearance of the left breast. Numbers – points of robotic needle insertion.
Обсуждение
В последние несколько лет малоинвазивное удаление доброкачественных новообразований МЖ стали применять в качестве альтернативного метода традиционной открытой хирургии [9]. Несмотря на значительный прогресс и распространение ВАБ, все еще есть пути для ее совершенствования и расширения возможностей, в том числе за счет разработки новых методологических приемов и технологий, которые повышают точность и безопасность вмешательства.
Размер новообразования, при котором можно использовать ВАБ, по данным ряда авторов, составляет до 3 см. Встречаются лишь единичные сообщения об удалении новообразований более крупного размера, а также множественных фиброаденом [2, 8, 14, 18, 19]. Такие ограничения методики связаны с несколькими факторами, устранение или снижение вероятности которых демонстрирует приведенный клинический случай. Основной фактор, ограничивающий ВАБ в части удаления множественных новообразований, – это высокий риск кровотечения, поскольку обычно гемостаз при данном вмешательстве выполняется путем эластической компрессии, что делает невозможным безопасно резецировать более одного образования в МЖ [15]. Использование лазерной коагуляции и разработка критериев ее эффективности в режиме реального времени под контролем УЗИ позволяют одномоментно удалять несколько новообразований как в одной, так и в обеих МЖ: в этом случае интраоперационно есть возможность определить факт кровотечения и контролируемо устранить его, ориентируясь на УЗ-эффект регресса теней вапоризации жидкости [8]. Выполняемая при УЗИ в режиме цветового допплеровского картирования разметка точек ввода роботизированной иглы позволяет избежать зоны прохождения крупных сосудов, а также рационально определить количество точек, заранее предусмотрев возможность переориентации иглы и резекции нескольких образований из одного доступа [7]. Следующий фактор, ограничивающий возможности ВАБ, – снижение качества УЗ-визуализации на протяжении резекции нескольких новообразований в одной МЖ, ассоциированный с риском остаточной ткани. Минимизация количества точек ввода роботизированной иглы и рациональное определение очередности удаляемых новообразований (сначала более мелких, сегментация границ и контуров которых может страдать в большей степени) улучшают УЗ-визуализацию при удалении последующих новообразований в одной МЖ, т.к. наблюдается меньшая отечность тканей и требуется меньшее количество анестетика.
Таким образом, УЗИ является неотъемлемой частью процедуры ВАБ, без которой она невозможна, и чем более информативна визуализация, тем выше уровень эффективности и безопасности методики.
Заключение
ВАБ-резекция – безопасный и эффективный способ хирургического лечения не только единичных, но и множественных доброкачественных новообразований МЖ. Расширение возможностей ВАБ в части удаления крупных и/или множественных новообразований МЖ обеспечивается соблюдением определенных принципов разметки и навигации под контролем УЗИ. Представленные в клиническом случае результаты демонстрируют отличный косметический эффект, безопасность процедуры, ее хорошую переносимость. УЗИ сопутствует ВАБ на всех этапах ее выполнения – от диагностики и планирования вмешательства до наблюдения в динамике, являясь неотъемлемой частью процедуры. Важными являются возможность выполнения операции в условиях дневного стационара под местной анестезией, что снижает нагрузку на операционный блок и персонал учреждения и отсутствие периода реабилитации, возможность для пациентки быстро приступить к работе. Отдаленные результаты свидетельствуют об отсутствии остаточной ткани удаленных новообразований и грубых рубцовых изменений в зоне операции: УЗ-картина области резекции на 6-й месяц после оперативного вмешательства практически идентична интактным фрагментам.
Раскрытие конфликта интересов. Автор декларирует отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.
Disclosure of interest. The author declares that she has no competing interests.
Вклад автора. Автор декларирует соответствие своего авторства международным критериям ICMJE. Е.А. Марущак – концептуализация, методология, курация данных, исследование, написание – первоначальный вариант, рецензирование и редактирование.
Author’s contribution. The author declares the compliance of her authorship according to the international ICMJE criteria. E.A. Marushchak – conceptualization, methodology, data curation, investigation, writing – original draft, review and editing.
Источник финансирования. Автор декларирует отсутствие внешнего финансирования для проведения исследования и публикации статьи.
Funding source. The author declares that there is no external funding for the exploration and analysis work.
Раскрытие информации об использовании ИИ. При написании статьи ИИ не использовался.
Disclosing the use of AI. No AI was used when writing the article.
Информированное согласие на публикацию. Пациентка подписала форму добровольного информированного согласия на публикацию медицинской информации.
Consent for publication. Written consent was obtained from the patient for publication of relevant medical information and all of accompanying images within the manuscript.
About the authors
Elena A. Marushchak
Petrovsky National Research Centre of Surgery
Author for correspondence.
Email: e.marushchak@mail.ru
ORCID iD: 0000-0001-5639-3315
SPIN-code: 1969-6295
Cand. Sci. (Med.)
Russian Federation, MoscowReferences
- Lee M, Soltanian HT. Breast fibroadenomas in adolescents: current perspectives. Adolesc Health Med Ther. 2015;6:159-63. doi: 10.2147/AHMT.S55833
- Belinda M, Yarso K. Patient Satisfaction in the Complete Removal of Giant Breast Fibroadenoma under Vacuum-Associated Breast Biopsy Procedure. Open Access Macedonian Journal of Medical Sciences. 2021;9:40-2. doi: 10.3889/oamjms.2021.5929
- Park HL, Hong J. Vacuum-assisted breast biopsy for breast cancer. Gland Surg. 2014;3(2):120-7. doi: 10.3978/j.issn.2227-684X.2014.02.03
- Sperber F, Blank A, Metser U, et al. Diagnosis and treatment of breast fibroadenomas by ultrasound-guided vacuum-assisted biopsy. Arch Surg. 2003;138(7):796-800. doi: 10.1001/archsurg.138.7.796
- Povoski SP, Jimenez RE. A comprehensive evaluation of the 8-gauge vacuum-assisted Mammotome(R) system for ultrasound-guided diagnostic biopsy and selective excision of breast lesions. World J Surg Oncol. 2007;5:83. doi: 10.1186/1477-7819-5-83
- March DE, Coughlin BF, Barham RB, et al. Breast masses: removal of all US evidence during biopsy by using a handheld vacuum-assisted device – initial experience. Radiology. 2003;227(2):549-55. doi: 10.1148/radiol.2272020476
- Марущак Е.А., Леванов А.В., Зубарева Е.А., и др. Особенности предоперационной разметки и навигации при выполнении вакуумной аспирационной биопсии новообразований молочных желез под контролем ультразвукового исследования. Российский электронный журнал лучевой диагностики (REJR). 2024;14(2):43-56 [Maruchak EA, Levanow AV, Zubareva EA, et al. Features of preoperative marking and navigation during vacuum. Aspiration biopsy of breast masses under the ultrasound control. Russian Electronic Journal of Radiology (REJR). 2024;14(2):43-56 (in Russian)]. doi: 10.21569/2222-7415-2024-14-2-43-56
- Марущак Е.А., Бутенко А.В., Зубарева Е.А., Фисенко Е.П. Оценка эффективности лазерной интерстициальной коагуляции при выполнении вакуумной аспирационной резекции новообразований молочных желез под ультразвуковым контролем. Ультразвуковая и функциональная диагностика. 2025;31(1):85-100 [Marushchak EA, Butenko AV, Zubareva EA, Fisenko EP. Evaluation of the Effectiveness of Laser Interstitial Coagulation in Ultrasound-Guided Vacuum-Assisted Aspiration Resection of Breast Neoplasms. Ultrasound & Functional Diagnostics. 2025;31(1):85-100 (in Russian)]. doi: 10.24835/1607-0771-318
- Ding B, Chen D, Li X, et al. Meta analysis of efficacy and safety between Mammotome vacuum-assisted breast biopsy and open excision for benign breast tumor. Gland Surg. 2013;2(2):69-79. doi: 10.3978/j.issn.2227-684X.2013.05.06
- Tennant SL, Evans A, Hamilton LJ, et al. Vacuum-assisted excision of breast lesions of uncertain malignant potential (B3) – an alternative to surgery in selected cases. Breast. 2008;17(6):546-9. doi: 10.1016/j.breast.2008.08.005
- Высоцкая И.В., Гладилина И.А., Кирсанов В.Ю., и др. Поражения молочной железы с неопределенным злокачественным потенциалом. Опухоли женской репродуктивной системы. 2021;17(2):46-57 [Vуsotskaya IV, Gladilina IA, Kirsanov VY, et al. Lesions of the breast with uncertain malignant potential. Tumors of female reproductive system. 2021;17(2):46-57 (in Russian)]. doi: 10.17650/1994-4098-2021-17-2-46-57
- Baez E, Huber A, Vetter M, Hackelöer BJ. Minimal invasive complete excision of benign breast tumors using a three-dimensional ultrasound-guided mammotome vacuum device. Ultrasound Obstet Gynecol. 2003;21(3):267-72. doi: 10.1002/uog.74
- Fine RE, Whitworth PW, Kim JA, et al. Low-risk palpable breast masses removed using a vacuum-assisted hand-held device. The American Journal of Surgery. 2003;186(4):362-6. doi: 10.1016/s0002-9610(03)00263-0
- Park HL, Kwak JY, Lee SH, et al. Excision of benign breast tumor by an Ultrasound-Guided hand held Mammotome biopsy device. J Breast Cancer. 2014;8(3):92. doi: 10.4048/jbc.2005.8.3.92
- Леванов А.В., Марущак Е.А., Сидоров А.О., и др. Вакуумная аспирационная биопсия: эволюция метода, профилактика геморрагических осложнений. Амбулаторная хирургия. 2024;21(2):142-52 [Levanov AV, Marushchak EA, Sidorov AO, et al. Vacuum aspiration biopsy: evolution of the method, prevention of hemorrhagic complications. Ambulatornaya khirurgiya = Ambulatory Surgery (Russia). 2024;21(2):142-52 (in Russian)]. doi: 10.21518/akh2024-021
- Putra MDP, Yarso KY, Mudib M, Ramadhanty Z. Validity and Reliability Study of Patient Satisfaction Level- Questionnaire (UNS-BsQ8) for Breast Fibroadenoma Patient after Surgery. Indonesian Journal of Cancer. 2020;14(2):57. doi: 10.33371/ijoc.v14i2.715
- Bellynda M, Yarso K, Muhammad F. Breast fibroadenoma patients’ satisfaction of vacuum-assisted breast biopsy based on UNS-BsQ8: A qualitative study. J App Pharm Sci. 2024;14(1):114-9. doi: 10.7324/JAPS.2024.160356
- Каганов О.И., Бондаренко М.М., Титов И.В., и др. Оценка результатов вакуум-аспирационной биопсии с помощью аппарата “Encorenspire” в лечении больных с доброкачественными опухолями молочной железы. Наука и инновации в медицине. 2023;8(2):126-31 [Kaganov OI, Bondarenko MM, Titov IV, et al. Evaluation of the results of vacuum aspiration biopsy using the “Encorenspire” device in treatment of patients with benign mammary gland tumors. Science and Innovations in Medicine. 2023;8(2):126-31 (in Russian)]. doi: 10.35693/2500-1388-2023-8-2-126-131
- Гончаров А.В., Каплуновская Л.А., Гончарова С.С. Применение вакуумной аспирационной биопсии под контролем ультразвукового исследования при очаговых изменениях молочных желез. Сибирское медицинское обозрение. 2024;(4):54-9 [Goncharov AV, Kaplunovskaya LA, Goncharova SS. Ultrasound-guided vacuum-assisted biopsy in focal changes of mammary glands. Siberian Medical Review. 2024;(4):54-9 (in Russian)]. doi: 10.20333/25000136-2024-4-54-59
Supplementary files
