Антагонисты альдостерона длительное время использовались исключительно при отечном синдроме в высоких дозах – до 1200 мг/сут – в комбинации с мочегонными средствами других групп как с целью усиления диуретического эффекта, так и для поддержания калия крови в пределах нормальных значений. В начале 1990-х годов проведены крупные клинические исследования ингибиторов ангиотензинпревращающего фермента (ИАПФ) при хронической сердечной недостаточности (ХСН), бессимптомной дисфункции левого желудочка (ЛЖ) и инфаркте миокарда (ИМ) [7]. Было убедительно доказано снижение общей и сердечно-сосудистой смертности, числа госпитализаций и риска развития повторного ИМ, после чего данные препараты стали краеугольным камнем лечения сердечно-сосудистых заболеваний. Распространение новой группы препаратов привело к снижению частоты использования спиронолактона в клинической практике по двум причинам. Во-первых, считалось, что основным стимулом повышенной секреции альдостерона при ХСН является ангиотензин II. ИАПФ приводят к уменьшению образования ангиотензина II и, следовательно, опосредованно влияют на уровень альдостерона. Во-вторых, частота развития гиперкалиемии при совместном приеме ИАПФ и спиронолактона существенно возросла. Поэтому практические врачи постепенно стали применять этот препарат все реже и реже, что привело к тому, что, например, в исследованиях b-адреноблокаторов (БАБ) при ХСН спиронолактон принимали только 6–7% больных.Дальнейшее развитие антиальдостероновая стратегия при ХСН получила после создания нового антагониста альдостерона – препарата эплеренон (Инспра®, Пфайзер). Уникальными свойствами эплеренона являются селективность в отношении минералокортикоидных рецепторов и отсутствие взаимодействия с рецепторами к андрогенам и прогестинам, что объясняет отсутствие такого побочного эффекта, как гинекомастия. Кроме того, в отличие от спиронолактона, который является пролекарством, для эплеренона не требуется метаболическая конверсия в печени.